Иллюстрация: Sasha Vinogradova

Иллюстрация: Sasha Vinogradova

Поделись Сгущенкой с другом

Сталинские «матрешки». Одна официальная доносчица

Подготовка к последней сталинской провокации — «делу врачей» — началась летом 1952 года. В ноябре прошли аресты, а 13 января 1953 г. в сообщении ТАСС под заголовком «Арест группы врачей» говорилось о подвиге врача Лидии Тимашук, разоблачившей кремлевских «убийц в белых халатах».

Ее немедленно наградили орденом Ленина. Но уже 4 апреля, через месяц после смерти Сталина, вышло постановление президиума ЦК о реабилитации арестованных врачей и лишении Тимашук ордена. Лидия Тимашук вошла в историю как знаменитая доносчица. Причем официальная. Кажется, ее единственную разоблачила и дискредитировала сама советская власть.

Тем удивительнее, что и эта, казалось бы, очевидная история при рассмотрении оборачивается чем-то прямо противоположным. Не так давно были опубликованы письма Лидии Федосеевны Тимашук, которая до самой смерти (1983) боролась за возвращение себе доброго имени.

Тимашук с 1926 г. работала в лечебно-санитарном управлении Кремля врачом-кардиологом. Вместе с группой врачей (академиком Виноградовым, проф. Егоровым, проф. Василенко) 28 августа 1948 г. она была на самолете доставлена к заболевшему Жданову на его дачу на Валдае. В ее задачу входило сделать больному кардиограмму. Дальнейшее ясно из текста того самого знаменитого «доноса»:

«...Около 12 ч. дня сделала А.А. ЭКГ; по данным которого мною диагностирован инфаркт миокарда в обл. левого желудочка и межжелудочковой перегородки, о чем тут же поставила в известность консультантов. Пр. Егоров и д-р Майоров заявили мне, что это ошибочный диагноз и они с ним не согласны, никакого инфаркта у А.А. нет, а имеется функциональное расстройство на почве склероза и гипертонич<еской data-preserve-html-node="true"> б<олез data-preserve-html-node="true">ни и предложили мне переписать заключение, не указывая на инфаркт миокарда... 29/VIII у А.А. повторился (после вставания с постели) сердечный припадок, и я вторично была вызвана из Москвы, но по распоряжению акад. Виноградова и пр. Егорова ЭКГ 29/VIII в день сердечн<ого data-preserve-html-node="true"> приступа не была сделана, а назначена на 30VIII, а мне вторично было в категорической форме предложено переделать заключение, не указывая на инфаркт миокарда [...] Считаю, что консультанты и леч<ащий data-preserve-html-node="true"> врач Майоров недооценивают безусловно тяжелое состояние А.А, разрешая ему подниматься с постели, гулять по парку, посещать кино, что и вызвало повторный приступ и в дальнейшем может привести к роковому исходу. Несмотря на то, что я по настоянию своего начальника переделала ЭКГ, не указав в ней «инфаркт миокарда», остаюсь при своем мнении и настаиваю на соблюдении строжайшего постельного режима для А.А. 29/VIII-48 г. Передано майору Белову А.М. 29/VIII-48 г в собственные руки».

Письмо через Белова, начальника охраны Жданова, попало к начальнику Главного управления охраны МГБ СССР Н. С. Власику — начальнику охраны Сталина. То есть к самому Сталину.

В этот момент Жданов еще был жив. Но на следующий день, 30 августа, он умер, и вскрытие показало инфаркт. 7 сентября Тимашук отправила еще одно письмо — уже секретарю ЦК А. А. Кузнецову. Описав всю историю с фальшивым диагнозом, Тимашук рассказывает, как ее вызвал начальник Лечсанупра Кремля проф. Егоров и начал запугивать: «Я коммунист, и мне доверяют партия и правительство и министр здравоохранения, а потому ваш документ мне возвратили. Это потому, что мне верят, а вы, какая-то Тимашук, не верите мне и всем высокопоставленным консультантам с мировым именем и пишете на нас жалобы. Мы с вами работать не можем, вы не наш человек!..» После чего Тимашук перевели на работу из самого Кремля в филиал кремлевской поликлиники.

Через четыре года, летом 1952-го, Тимашук неожиданно вызвали в МГБ и попросили рассказать все, что ей известно о болезни и смерти Жданова. А в 1953 г. Лидия Федосеевна внезапно для себя и очень ненадолго стала всесоюзной героиней, а потом на всю жизнь — доносчицей.

В 1956 г. Тимашук написала Хрущеву письмо с просьбой восстановить справедливость и снять с нее обвинение в клевете на кремлевских врачей. Тимашук вызвали в ЦК и объяснили, что ее вопрос «поднимать сейчас не время». В 1966 г. Лидия Федосеевна опять обратилась к партийному руководству: «Прошло 13 лет, а мое положение в обществе до сих пор неясное. В народе существует мнение, что «дело о врачах» возникло вследствие того, что я якобы оклеветала честных врачей и профессоров... Эти кривотолки продолжаются и до сих пор, постоянно травмируя меня». Тимашук сохранила в своем архиве все документы, включая электрокардиограммы Жданова, подтверждающие ее правоту, но так ничего и не добилась. В этой истории загадочно все. Во-первых, ясно, что доноса не было. Был протест добросовестного врача, которого заставили подписать фальшивый диагноз и который озабочен жизнью больного. Мужественный поступок, так как выступление против титулованного начальства в сталинское время могло кончиться чем угодно. Самое удивительное, что не кончилось ничем.

Получается, что высокопоставленные врачи все-таки уморили Жданова. То есть и вправду были убийцами. Конечно, не по собственной воле, а по приказу свыше. Надо полагать, что и не один раз. Зная Сталина, трудно предположить, что он не пользовался таким замечательным инструментом, как Кремлевская больница.

Зачем Сталину было нужно убирать тогда Жданова — отдельная неясная история. Известно, во всяком случае, что незадолго до смерти Жданов попал в опалу. В начале августа 1948 г. состоялась знаменитая сессия ВАСХНИЛ, на которой была разгромлена генетика. Сын Андрея Жданова Юрий Жданов, зав. отделом науки ЦК, выступил против Лысенко, а потом должен был каяться. А вскоре после смерти Жданова разразилось «ленинградское дело», в котором погибли ставленники Жданова, в том числе и А. А. Кузнецов, адресат одного из писем Тимашук.

Подтверждается версия сознательного «залечивания» Жданова врачами еще и тем, что после протеста Тимашук никто из профессоров не пострадал, а Тимашук просто перевели работать подальше от Кремля. Хотя могли и убить: по непониманию или по излишней принципиальности из соучастника она превратилась в опасного свидетеля. То, что она тогда уцелела, заставляет заподозрить, что Сталин сразу же задумал на будущее комбинацию с ее письмом. А для этого герою следовало оставаться в живых, чтобы получить в свое время орден.

В 1948 г. смерть Жданова означала укрепление позиций его врагов Маленкова и Берии. Через четыре года «дело врачей» было начато как провокация, направленная уже против Берии. Кроме того, оно должно была резко усилить государственный антисемитизм, хотя исходная группа врачей, с которой в свое время вошла в конфликт Тимашук, была чисто «славянской». Помимо общих внутриполитических целей (натравливание населения на «внутреннего врага»), антисемитская кампания была косвенно направлена также против «группы соратников», имевших еврейских жен, таких как Молотов и Ворошилов. Недаром после смерти Сталина «дело врачей» было мгновенно прекращено. Есть все основания полагать, что вождь готовил очередное повальное уничтожение всей правящей верхушки. А для затравки использовал старое письмо ничего не подозревавшей Тимашук.

Есть также все основания серьезно относиться к предположениям классика советологии Абдуррахмана Авторханова («Загадка смерти Сталина») о том, что пуганые и ученые соратники угадали планы вождя и его опередили.

История сталинского времени необыкновенно увлекательна. Она вся состоит из долгоиграющих, тщательно запланированных и перетекающих одна в другую провокаций. Как матрешки. Открываешь одну, а там другая — и т. д. Чаще всего участники срежиссированных и разыгранных Сталиным спектаклей гибли в ходе следующего представления. Лидии Федосеевне Тимашук еще сильно повезло.

 
 
 

ВЫПУСК #11 / ВЫПУСК #10

А ВЫ ЗНАЕТЕ, ПОЧЕМУ Я ОСТАЛСЯ ЖИВ В ЛАГЕРЯХ?

СЕРГЕЙ ПРОТАСОВ:
ДОНОС НАПИСАЛ ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ НЕ ПОЛУЧИЛ ДОЛЖНОСТИ КОМПОЛКА

Назначение праздновали прямо на аэродроме: дед пил, пел, плясал, заочно обзывал Васю Сталина…


ТАТЬЯНА ЛАБУЗОВА:
МОЕГО ПРАДЕДА ЯКОВА УБИЛИ ЗА УСЕРДИЕ

Его восемь детей росли с тяжелой печатью: «отец — враг народа»…


АЛЬБЕРТ ШНАЙДЕР:
ВРАЧУ ПОНРАВИЛСЯ ПИДЖАК ДЕДА…

«Я рос с ощущением, что советское государство опасно для людей…»


ВЛАДИСЛАВА СОЛОВЬЕВА:
ПРИГОВОР ИМ ОБЪЯВЛЕН НЕ БЫЛ

Государство продолжало лгать, скрывая свои преступления…


АННА РАСКИНД:
НАСЛУШАЛ ОН ИМ НА РАССТРЕЛЬНУЮ СТАТЬЮ

Дядя Миша нашел того человека, что выдал всех, плюнул и ушел…


ОСВЕНЦИМ: СОВЕТСКАЯ ВЕРСИЯ

Красная Армия освободила Освенцим, но советские лагеря она охраняла до последнего


БЕЗЛИЧНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

Когда преступление оформляется через суды, вина за содеянное властью начинает растворяться…


НОГИ ПУШКИНА И СОВЕТСКАЯ ЦЕНЗУРА

Голоногий Пушкин задел ревнителей монументального образа…


Вся нынешняя российская политика — за две минуты