Поделись Сгущенкой с другом

НАДЛОМЛЕННЫЙ,
НО НЕ СЛОМАННЫЙ

Вышла книга писателя-документалиста Олега Мороза об Андрее Сахарове в ссылке «Надломленный, но не сломленный». Мы публикуем отрывок из книги.
Купить книгу можно здесь — www.rosspen.su

Андрей Дмитриевич Сахаров мог бы стать «витриной» советской науки. Более того, науки «русской», наравне с Курчатовым. По-видимому, к подобной роли его и готовили. Несть числа почестям и наградам, которыми коммунистическая власть одарила «отца советской водородной бомбы». Академик в тридцать два года, лауреат Сталинской и Ленинской премий, трижды Герой Социалистического Труда… Тысячам людей и гораздо меньших дарованных им отличий хватало, чтобы устроить себе безбедную жизнь.

Но академик, трижды Герой и т. д. и т.п. не оправдал надежды своих поощрителей.

Как и когда Сахаров стал тем Сахаровым, каким мы его знали и каким он остался в нашей памяти? Каким образом обласканный властями ученый превратился в непреклонного противника этих властей (по крайней мере, в том, что касается прав человека), в «отщепенца», по отношению к которому хороши все средства воздействия, включая пытки (именно пытками было так называемое принудительное кормление во время горьковских голодовок Сахарова).

Разумеется, это произошло не в одночасье, был процесс созревания, превращения в борца, в главного диссидента Советского Союза, в общем-то обыкновенного по своему мировосприятию человека советской эпохи, к тому же вознесенного на Олимп.

Первое (и весьма отважное по тем временам) проявление инакомыслия случилось еще в конце 1948-го, в совсем глухую сталинскую пору. Некий высокопоставленный гэбэшник предложил двадцатисемилетнему Сахарову, уже работавшему в то время на ядерном «объекте», вступить в партию. Гэбэшники уже тогда поняли, что перед ними человек исключительного научного дарования. И надо было «оприходовать» его, сделать частью коммунистического, как теперь говорят, истеблишмента, в качестве «чистопородного русского гения» (вот удача так удача!), противопоставить евреям, обильно представленным в кругу ученых-ядерщиков. Однако Сахаров разочаровал начальство: отказался вступать в партию, заявил, что сделает все, что в его силах, для успеха работы, оставаясь беспартийным. (Второй раз — уже от имени самого Брежнева — Сахарову было предложено вступить в КПСС семнадцать лет спустя, в 1965 году. С тем же результатом.)

Следующая веха — середина 1950-го. Приехавшая на «объект» комиссия проверяет благонадежность сотрудников. Среди прочего задает провокационный вопрос-тест: как вы относитесь к хромосомной теории наследственности (то есть к генетике; тогда это была «буржуазная лженаука»)? Сахаров мог бы ответить: никак не отношусь, не моя это область. Он отвечает: считаю эту теорию научно правильной. Реакцией должно было бы стать немедленное увольнение. Именно к увольнению представили за такой же ответ другого сотрудника, не столь одаренного. Но с Сахаровым так поступить было нельзя. Оставалось кусать локти. В защиту генетики, против маразма лысенковщины ученый не раз выступал и позже. Причем все более решительно и громогласно.

Вообще, год от года инакомыслие Сахарова обозначается все четче. И при всем при том еще в 1953 году по поводу кончины «вождя всех народов» Андрей Дмитриевич пишет жене Клавдии Алексеевне: «Я под впечатлением смерти великого человека. Думаю о его человечности». Впрочем, уже очень скоро он начинает вспоминать эти слова «с краской на щеках».

Самый большой вклад в становление сахаровского диссидентства внесли ядерные испытания: это была сфера его непосредственных профессиональных интересов. Сахаров напряженно размышляет, как уменьшить их вредоносность (по его расчетам, каждая мегатонна испытательных взрывов в атмосфере уносит десять тысяч человеческих жизней), как не допустить ненужные, избыточные… Сначала довольно робко, потом все напористее и жестче принимается перечить начальству, озабоченному только одним — созданием самого мощного, самого эффективного и устрашающего ядерного оружия.

Однако со временем круг вопросов, по которым Сахаров стал высказывать мнение, отличающееся от мнения «партии и правительства», все более расширялся. В частности, он все активнее вовлекался в деятельность, которая на Руси всегда была самой тяжелой и опасной, — в правозащиту. В 1968 году Сахаров написал свои знаменитые «Размышления о прогрессе, мирном сосуществовании и интеллектуальной свободе». Отдал статью в «самиздат», она была опубликована на Западе. После этого Андрея Дмитриевича отстранили от работы на «объекте» в Арзамасе-16 (ныне вернувшем свое прежнее, историческое название — Саров). По его собственным словам, это означало, что он отлучен от привилегий советской номенклатуры.

Тем временем полученные Сахаровым щедрые ранние награды, свидетельствующие о его выдающихся способностях и заслугах, а еще больше — магия гениального «ученика дьявола», неожиданно превратившегося в «святого великомученика», принесли ему неслыханный авторитет во всем мире, или, как сказали бы сейчас, дали ему такую «раскрутку», которой ни тогда, ни сейчас не обладал и не обладает никто (точнее, в те времена авторитет, сравнимый с сахаровским, был разве что у Солженицына).

А потом были его открытые письма и интервью, громкие публикации в западной прессе, выступления против войны в Афганистане — и неслыханная кампания травли, начавшаяся с публикации в «Правде» письма сорока академиков («заявления, глубоко чуждые интересам всех прогрессивных людей», «фактически стал орудием враждебной пропаганды против Советского Союза», «выражаем свое возмущение», «решительно осуждаем» и проч.), за которым последовали письма художников, композиторов, кинематографистов, рабочих, механизаторов, доменщиков, колхозников… Нобелевская премия мира за 1975 год. Многочисленные допросы в КГБ. Лишение всех наград, ссылка в Горький в 1980 году. Голодовка, принудительное кормление. Возвращение в 1986-м, по решению Михаила Горбачева. В недолгие оставшиеся годы жизни Сахаров — общественный деятель, правозащитник, народный депутат СССР.

Самая большая заслуга Сахарова, на мой взгляд, в том, что он установил высокую планку гражданской нравственности, гражданской совести, на которую должен равняться каждый человек, желающий быть не бессловесным рабом, а гражданином. Этот высокий ориентир время от времени может стираться, растворяться в атмосфере, исчезать из общественного поля зрения, но спустя некоторый срок вновь восстанавливается в памяти людей, в их представлении о должном.

Я не знаю, как бы все сложилось, если бы Сахаров повел себя в жизни иначе, если бы не было, скажем, тех же горьковских смертельных голодовок. Наверное, он действительно продлил бы себе жизнь и многое еще успел бы сделать — и в науке, и вне ее. Среди прочего, не сомневаюсь, он стал бы нобелевским лауреатом и в научной номинации, у него был для этого стопроцентный потенциал. Он, наверное, сделал бы достаточно, чтобы вторая фаза революционных реформ Горбачева—Ельцина, фаза, связанная с именем Бориса Николаевича, не замкнулась бы в пределах одной только экономики, но и осуществила бы более широкий охват общественной, политической жизни. Такой «недоохват», случившийся в 90-е годы, оказался трагическим для России, отбросил страну далеко назад.

В общем, если бы жив был Сахаров… Но история, как известно, не ведает сослагательного наклонения.

 

Текст: Олег Мороз
Фото: Rob C. Croes/Nationaal Archief
Getty Images
Валерий Христофоров/ТАСС

Олег Мороз. Сахаров. Возвращение из ссылки. Он вернулся надломленный, но не сломанный. — М.: РОССПЭН, 2015. — 174 с.
Приобрести книгу можно в интернет-магазине издательства, а также в обычных книжных магазинах.
Сайт интернет-магазина www.rosspen.su

 
В понедельник сработает взрывное устройство…
 

ВЫПУСК #10 / ВЫПУСК #9


ГДЕ НАШИ НЕ ПРОПАДАЛИ

Нет большего лицемерия, чем высечь слова «Никто не забыт и ничто не забыто» на могиле НЕИЗВЕСТНОГО солдата…


МАКСИМ ВАЛЕЦКИЙ:
МОЕГО ДЕДА УБИЛИ 20 СЕНТЯБРЯ 1937 ГОДА

Каждую ночь деда так били, что он признавал себя главой шпионской организации. Утром от показаний отказывался, и все начиналось сначала…


МИХАИЛ ГОРБАЧЕВ:
АНДРЕЙ СОСЛАН НА ЛЕСОПОВАЛ В СИБИРЬ. ПАНТЕЛЕЙ ПРИГОВОРЕН К РАССТРЕЛУ

Спустя десятилетия — я уже был президентом — я попросил принести мне протоколы его ареста…


СЕРГЕЙ ПРОТАСОВ:
СГИНУЛА ВСЯ СЕМЬЯ

Однажды игра затянулась, и она осталась ночевать. А утром…


ОЛЬГА ГОНЧАРЕНКО:
ЗУСМАН КАПЛАН В 1938 ГОДУ ОСУЖДЕН. ПРИГОВОР — 8 ЛЕТ ИТЛ

Говорили, что дед Зусман родился в рубашке: он «проскочил»…


НАДЛОМЛЕННЫЙ, НО НЕ СЛОМАННЫЙ

Но академик, трижды Герой и т. д. и т.п. не оправдал надежды своих поощрителей…


ЗАБЫТЫЕ ЖЕРТВЫ

Хотя эти земляные норы находились посреди леса и дров для отопления было в избытке, они не отапливались…


ГУЛАГ И ЕГО БРАТЬЯ

Братьев у ГУЛАГа было больше 50, они создавались и росли, умирали и возрождались не только во времена Сталина…